bona_mente (bona_mente) wrote,
bona_mente
bona_mente

О Риме пишем, Россия на ум пошла

Из Миланского эдикта: "Когда мы прибыли благополучно в Медиолан, я — Константин-Август и Ликиний-Август подвергли обсуждению все, что относилось к общественной пользе и благополучию, то в ряду прочего, что казалось нам для многих людей полезным, в особенности признали мы нужным сделать постановление, направленное к поддержанию страха и благоговения к Божеству, именно, даровать христианам и всем свободу следовать той религии, какой каждый желает, дабы находящееся на небесах Божество (греч. дабы Божество, каково бы оно ни было, и что вообще находится на небе) могло быть милостиво и благосклонно к нам и ко всем, находящимся под нашею властью." (по М. Э. Поснов. История Христианской Церкви. Часть II, глава II)
Двойственность религиозной политики Константина объясняется его задачами, как государственного деятеля.    Веротерпимость, выражавшаяся в поощрении христианства и нежелании порывать с язычеством, была направлена на укрепление социальной структуры государства и упрочение власти.
Какова же при таких условиях была степень христианизации Римской империи в IV-V веках?
Этот вопрос  исследовал М.М. Казаков - в его труде "Епископ и империя: Амвросий Медиоланский и Римская империя в IV веке" (Смоленск, 1995) говорится: "Источники не содержат на этот счет никакой статистики, и сведения о социальном составе обращаемых в христианство крайне скудны. Кроме того, общая картина никогда не была стабильной, да и грань между язычеством и христианством, как в общественной, так и в частной жизни не всегда была достаточно четкой."
Автор пишет: "... от терпимости Константина через крайности Констанция и Юлиана религиозная политика Римской империи вновь вернулась к терпимости Валентиниана I. Однако это совсем не означало, что вернулось то же положение, как было при Константине. Если веротерпимость творца Миланского эдикта имела целью расширить социальную базу его режима, лишь открывая возможности для христианства, то веротерпимость Валентиниана I означала уже реализацию этих возможностей церковью за прошедшие полвека и отражала примерное равновесие сил между язычеством и христианством. Сам Валентиниан был вынужден учитывать это равновесие в своей религиозной политике и не решился изменить баланс в пользу одной из религий, хотя и испытывал явную склонность к христианству. [...]  Следует иметь в виду, что в Римской империи в IV в. были еще и люди, индифферентные по отношению к любой религии. Они не были атеистами в полном смысле слова и даже могли формально относиться к язычникам или, реже, к христианам. Их вера часто зависела от обстоятельств или от занимаемого поста и не была искренней и глубокой. [...]  Показательно, что религиозная принадлежность в IV в. не препятствовала занятию государственных постов и общественных должностей. Вплоть до времени Грациана язычество было "нормой" среди занимавших преторианскую, городскую и Египетскую префектуры, наиболее престижных проконсульских должностей и постов начальника пехоты и префекта Востока. Но не менее важные посты в это же время занимали и христиане. И те, и другие имели равный доступ ко двору и к императору, и в выполнении государственной службы часто сотрудничали, не принимая во внимание различие в вере. [...]  Таким образом, степень действительной христианизации римского общества к 80-м г. IV в. была не столь уж и значительной, а язычество еще обладало сильными позициями и имело многочисленных приверженцев. Основная борьба между двумя религиями пришлась на последние два десятилетия IV в., и хотя к 400 г. язычники еще составляли примерно половину населения, в следующее столетие Римская империя вошла в основном христианизированной, и христианство стало доминирующей религией." (М.М. Казаков. Там же)
Император Феодосий  в 387-391 годах под влиянием Амвросия Медиоланского издал два указа, которыми запрещались жертвоприношения и вход в языческие храмы для жертвоприношения и поклонения.  В 392 г. он издает рескрипт, запрещающий языческий культ, как оскорбление царского величества.
Но язычество не исчезло и, по В.В. Болотову, "... считало в своей среде многие тысячи. Только язычники не заявляли открыто своих религиозных убеждений. [...]  Итак, мы видим, что язычники и христиане поменялись ролями. Язычество превратилось в недозволенную религию, но еще существовало. Язычник мог подняться высоко по общественной иерархической лестнице; но стоило донести на него, и он попадал в опалу. Язычество существовало и после Юстиниана, причем на западе оно держалось упорнее, чем на востоке, а потому там нередко происходили враждебные столкновения между язычниками и христианами. [...]  А законы, запрещавшие языческий культ, конечно, также делали свое дело: при слабости религиозного одушевления в массах, естественно большинство предпочитало исполнить волю божественных императоров, чем терпеть те или другие неприятности.  Словом, одно из самых худших следствий провозглашения христианства государственной религией было обращение целых масс без твердого убеждения, без внутренней подготовки, без всего, что хотя походило бы на отложение ветхого человека." (В.В. Болотов. Лекции по истории Церкви, разд. 24).
Очень актуально звучат в наши дни следующие слова В.В. Болотова: "Таким образом, когда обращение охватывает большие массы, интенсивность их религиозно-нравственного совершенства теряется. И здесь, по-видимому, оправдывает себя известный закон, что одинаковое количество энергии, прогрессируя в мире в экстенсивности, падает в интенсивности. И христианство, утрачивая в интенсивности [веры отдельных членов], производит тем не менее благотворное действие через экстенсивное расширение, ибо многие явления, возможные прежде вследствие неверия некоторых людей, теперь стали невозможны. Возвышаются не отдельные характеры, но постепенно изменяются сами обычаи, и многое из того, что прежде считалось обычным, теперь стало невозможно. Если не удалось массу изменить в сынов света, то удалось возвести обычаи народа на такую степень, что они стали в значительной мере сообразными с христианскими требованиями. Большее количество людей считает достойным подражание Христу и уже считает недостойным быть противником Христа не только на деле, но даже и на словах." (В.В. Болотов. Там же)
Tags: Церковь, времена, история
Subscribe

  • День пограничника

    В воскресенье 25 июля, по окончании Литургии в храме Иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Б.Ордынка), игумен Филарет…

  • Для Африканды сойдет?

    На днях поразили воображение цифры, прозвучавшие в проповеди митрополита Мурманского и Мончегорского Митрофана (Баданина), сказанной им 17.07.2021…

  • Наместник Соловецкого монастыря о помидоре и человеке

    Намедни наместник Соловецкого монастыря епископ Порфирий (Шутов) обнародовал богословское открытие: «Совершенно официальная информация: вакцина…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments